От Шри-Ланки и Непала до Бангладеш и Индии молодежные протесты потрясли или даже свергли правительства. Каждое привело к своим последствия, однако большинство из них добиться серьезных результатов так и не смогли из-за слабой организации и невнятной политической позиции. К такому выводу пришел Джавад Халид — пакистанский писатель и аналитик, специализирующийся на Глобальном Юге, геополитике и климатической справедливости.
По словам аналитика, все протесты возникали спонтанно, подстегиваемые недовольством молодежи политической и экономической системами, и зачастую опирались на существующие сети: профсоюзы, студенческие федерации и активистские группы для организации работы на местах. Однако в большинстве случаев у толпы не было четкой политической позиции, способной преобразовать уличную силу в организованное движение для успеха на выборах.
Ярким примером стал Бангладеш, где молодежное движение свергло правительство Шейх Хасины. Однако на выборах победу одержала давно сформированная Бангладешская националистическая партия (БНП) под руководством Тарика Рахмана. БНП проигнорировала реформы, которые приняли до этого на референдуме, и начала реализовывать собственный 31-пунктный план.
Похожая ситуация произошла и в Шри-Ланке, где движение «Арагалая» вынудило президента Готабаю Раджапаксу бежать из страны. Но толпе также не хватило организации, чтобы определить дальнейший ход событий. Ранил Викремесингхе, ветеран политической элиты, заполнил этот вакуум и подавил протесты.
Правда, изменения все же были. Движение нарушило укоренившуюся партийную систему и создало пространство, которое коалиция «Национальная народная сила» (ННС) заполнила двумя годами позже. Именно ННС победила на президентских и парламентских выборах в 2024-м.
Непал пошел по иному пути. Протесты сентября 2025 года, вызванные запретом на социальные сети и подпитываемые гневом по поводу коррупции, вынудили премьер-министра К. П. Шарму Оли уйти в отставку. Но движению не пришлось создавать политическую структуру с нуля. Балендра Шах, первый независимый мэр Катманду, объединил усилия с существующей уже четыре года Партией Растрия Сватантра. В результате 35-летний Шах стал самым молодым премьер-министром Непала.
Одним из самых свежих примеров стал марш к зданию парламента в Нью-Дели. Все началось из-за утечки экзаменационных вопросов, что привело к отмене национального экзамена для поступления в медицинские вузы. Тысячи недовольных ситуацией молодых индийцев полиция встретила слезоточивым газом и избила дубинками.
Протесты прекратились после отставки министра образования Дхармендры Прадхана. Движение не стало силой, способной свергнуть правительство премьер-министра Нарендра Моди, но и нестало причиной глобального насилия, как это произошло в других странах региона. Останется ли от этих усилий долговременный след в политическом сознании Индии — пока неизвестно.
«Восстание и смена режима не всегда приводят к стабильности или реформам, особенно когда отсутствуют организационная сила и идеологическая ясность, необходимые для движения вперед. Любое реформаторское или революционное протестное движение должно помнить об этом», — резюмирует Джавад Халид.
Фото: AP
